Главная » 2016 » Апрель » 28 » Дума про казака... Ратнера
17:41
Дума про казака... Ратнера

Мы продолжаем каждую пятницу публиковать статьи известного гида Юрия Полторака об истории Хайфы и её замечательных жителях. Многое из описанного в статьях можно увидеть во время наших пятничных пешеходных экскурсий по Хайфе. Подробности.

Иоханан (Евгений) Ратнер родился в 1891г. в Одессе в ассимилированной еврейской семье. Проучившись несколько лет в местной гимназии, он отправляется продолжать образование в «Реаль-гимназиум» в Мангейме. По окончании учёбы 19-летний юноша возвращается в Россию для прохождения срочной службы в царской армии. Демобилизовавшись через год, он поступает на архитектурный факультет Технологического института в Карлсруэ. До начала занятий оставалось ещё несколько месяцев, и провести их молодой человек решил в путешествиях по Греции и Албании. Там он был вскоре арестован и обвинён в шпионаже в пользу Германии. «Но я же русский, - оправдывался Ратнер, - как я могу шпионить в пользу немцев?» Тут же перед его носом появилось ружьё российского производства и простое предложение: «Если быстро разберёшь и соберешь – останешься в живых». В мгновение ока приказ был исполнен, хотя никогда до этого подобного оружия незадачливый путешественник никогда не видел…

     1-я Мировая война застаёт Ратнера в Одессе, куда он приехал на каникулы по окончании первого курса учёбы. Его мобилизуют в действующую армию, и он оказывается в тыловых инженерных частях на территории Латвии недалеко от Риги. Сначала его используют как специалиста по изготовлению таблиц и топографических карт. Но очень скоро его командиры поняли, что «молодой инженер из Германии» Евгений Ефимович обладает немалым интеллектуальным потенциалом и практическим опытом, и всё чаще доверяют ему достаточно сложные работы по техническому обеспечению военной части, а затем поручают и руководство ею. Весной 1916 года Ратнер отправляется в распоряжение донского казачьего полка, находящегося в это время на передовой Балтийского фронта на реке Двина. Здесь он занимается разработкой топографических карт, для чего неоднократно, как истинный казак, выезжает на лошади на передовую. Вскоре он оказывается в Финляндии, а затем его направляют в Луцк в распоряжение штаба 3-й армянской дивизии для  организации транспортных военных перевозок. Затем, по собственной инициативе, Ратнер отправляется на передовую, где, в конце концов, дослужился  до «уровня» полковника. Именно «уровня», ибо формально это звание, как «лицу еврейской национальности», ему не присвоили.

     Когда же власть в России переменилась, он оказывается в армии Красной и назначается одним из командиров сибирской дивизии, расквартированной на территории Украины. По договоренности с немецким командованием, Е. Ратнер выводит своих солдат в район Петрограда. Но когда советская власть поручает ему заняться продразвёрсткой - изъятием продовольствия у крестьян для обеспечения им жителей городов, молодой полковник понимает, что не для этого он находится в армии. Воспользовавшись тем, что он является подданным Украины, а по Брестскому мирному договору граждане этой страны не принадлежат российской юрисдикции, Ратнер демобилизуется из рядов Красной армии. По дороге в родную Одессу он на несколько дней останавливается в Киеве. И здесь, в парке на  днепровских кручах (как он впоследствии вспоминал), этот человек вдруг резко осознал своё одиночество в объятой пламенем гражданской войны стране. Сияние златоглавых куполов Киево-Печерской лавры напомнило Евгению Ратнеру европейские города, которые он посещал в молодости. Его вновь потянуло в Старый свет.      

   Вскоре Е. Ратнер приезжает в Одессу. Здесь он оказывается вовлечённым в круговерть событий, которые переживал в это непростое время этот чудесный черноморский город. Ратнер участвует в работе молодёжного еврейского кружка, где впервые сталкивается с сионистскими идеями. Большое влияние на его мировоззрение, как он впоследствии отмечал в своей автобиографической книге «Моя жизнь и я», оказало знакомство с замечательной поэтессой Рахель Блуфштейн. Вступает Ратнер и в местный отряд  самообороны «Хагана», созданный для защиты еврейских жителей Одессы от погромщиков. Пережив в этом городе власть австрийскую, французскую и деникинскую, он, не дожидаясь  большевиков, на британском корабле отправляется в Болгарию, а оттуда в Карлсруэ для продолжения учёбы. В 1922г. Ратнер с блеском защищает диплом на звание архитектора. Но к этому времени изменяется и Германия, где начинает возрождаться имперский националистический дух, и Е. Ратнер понимает, что со своей «пятой графой» в этой стране ничего не добьётся. В 1923г. он едет в Палестину к своим одесским друзьям. Он поселяется в Иерусалиме, где его начинает обучать ивриту Рахель Блуфштейн, работает каменщиком на стройке по возведению корпусов Еврейского университета. Вскоре, как дипломированный специалист, он назначается  руководителем строительных работ компании «Солель боне» в Тверии. А год спустя поселяется в Хайфе, где становится ассистентом одного из самых известных тогда архитекторов страны профессора хайфского Техниона А. Бервальда. И уже в 1926г. в Хайфе строится первое сооружение, созданное по проекту молодого зодчего – здание «Бейт а-поалим» («Дом рабочих») – на ул. а-Халуц. Через год рядом с ним появляется ещё одна работа И. Ратнера - амфитеатр на 2000 мест, ставший местом проведения общегородских празднеств, концертов и собраний жителей города.     

     Уже в этих сооружениях И. Ратнера проявились те новаторские тенденции, которые вскоре в корне изменили архитектурное лицо страны. Это было время появления новых материалов и технологий, позволивших совершить подлинную революцию в мировой архитектуре. Наставник Ратнера, профессор Бервальд, своим творчеством на Земле Израиля пытался создать новый архитектурный стиль, причудливо соединивший в себе классические законы запада с вычурностью востока. В этом странном переплетении он видел новую архитектуру народа, возвращающегося со всех концов света (прежде всего из Европы) на свою историческую родину - Ближний Восток. Но А. Бервальд не смог прочувствовать, что время эклектики в архитектуре (внедряемой даже из самых патриотических побуждений) прошло. И на смену ей приходят новые тенденции, вобравшие в себя, прежде всего, научно-технические достижения человечества, позволяющие создавать архитектурные шедевры, и одновременно соответствовать современным социально-экономическим запросам общества. А именно этим руководствовался И. Ратнер в своих разработках, воплощая наяву стиль, гордо названный современниками «халуцианским» («пионерским»), на десятилетия определивший основные направления развития зодчества на Земле Обетованной.

    Вскоре И. Ратнер осуществляет свой первый проект и за пределами Хайфы – здание Еврейского Агентства в Иерусалиме (1928г). А после кончины в 1930г. А. Бервальда становится деканом архитектурного факультета Техниона. С этого момента, и в течение последующих тридцати лет, его жизнь тесно связана с главным техническим вузом Земли Израиля. Он преподаёт в нём основы архитектуры студентам, занимает самые высокие должности в администрации этого вуза, по его плану возводятся корпуса нового кампуса Техниона в районе Неве-Шеанан. Одновременно во многих частях страны появляются сооружения, выстроенные по проектам И. Ратнера: гостиница «Эден» в Иерусалиме (1938), комплекс общественных сооружений в мошаве  Нааляль (1939-40), сельскохозяйственная школа в Кфар а-Ярок (1950), корпуса факультетов географии и климатологии Еврейского университета в Иерусалиме (1959-64), образовательный центр в кибуце Сде-Бокер в Негеве (1960) и ещё десятки больниц, учебных заведений, банков, жилых домов. Но, наверное, наибольшее число творений И. Ратнера можно увидеть в Хайфе (в конце статьи приводится их список).

    Но не только к своей основной профессиональной деятельности приступил И. Ратнер, перебравшись в Хайфу. Ведь, в отличие от тысяч других евреев, оказавшихся на своей исторической родине, он обладал и жизненно необходимыми в этот момент на Земле Израиля военным опытом. И «русский казак» Ратнер становится активным участником местной самообороны «Хагана», где даже получает подпольную кличку «Иоханан», которая впоследствии заменила ему прекрасное, но «гойское» имя Евгений…. Рассказывают также, что когда он впервые сообщил командованию о своих армейских навыках, ему не очень поверили и предложили… разобрать и собрать револьвер. Недаром утверждают, что вторично история повторяется в виде фарса…

    Ратнер обучает членов «Хаганы» обращению с оружием, стратегии и тактике боевых действий, контролирует качество вооружения. Но вскоре, наравне с этими относительно простыми обязанностями, он привлекается и к более серьёзной работе. Не надо забывать, что шли 30-е годы прошлого века – время становления многих еврейских поселений в Палестине, сопровождаемое яростным сопротивлением этому процессу со стороны арабского населения. И И. Ратнер разрабатывает особую стратегию рассредоточения этих поселений таким образом, чтобы они охватили наиболее важные стратегические точки на территории страны. Так, он предложил разместить новые еврейские посёлки вдоль средиземноморского побережья от нынешнего Ашкелона до Хайфы, заселить территорию Иорданской долины севернее  Бейт-Шеана, основать форпосты в Изреельской долине и на северо-западе страны. Важную роль он отводил хайфскому региону, полагая, что тот должен стать центром еврейского присутствия в этой экономически и стратегически важной области Палестины. И если в 1937г. в Хайфе проживало около 100 тыс. человек, из которых лишь половина были евреи, то к 1940г, благодаря осуществлению этой стратегии, они уже составляли большинство, которое с этого времени стало доминантным в этом районе.

    Но не только вопросами стратегии заселения Земли Израиля занимался в это время И. Ратнер. Не меньше волновали его и повседневные заботы ишува, и, в первую очередь, обеспечение безопасности новых еврейских поселений. И для осуществления этой задачи он предложил создавать их по системе, названной «стена и башня», когда в первую очередь возводились оборонительные укрепления, а затем – жилые постройки. Он разработал особую систему защиты этих форпостов, а также принципы прокладки к ним транспортных коммуникаций. Около 60-ти таких поселений появились в конце 30-х годов, и десятилетие спустя их существование  сыграло неоценимую роль при разделе страны по плану ООН.

    В эти же годы И. Ратнер осуществляет работу по сбору разрозненных местных отрядов еврейской самообороны в организованную, подчинённую единому командованию сеть. В 1938г. он становится первым руководителем объединённого командования «Хаганы».

    А через год начинается 2-я Мировая война, и армейский опыт Ратнера вновь оказался востребованным. Весной 1942г, в связи с победами генерала Роммеля в Северной Африке, появилась опасность прорыва немецких войск в Палестину и далее на восток к нефтяным месторождениям ближневосточного региона. И И. Ратнер  разрабатывает план противодействия возможному нацистскому вторжению. Программа эта получила наименование «Мецудат Кармель» - «Кармельская Масада». Она предусматривала превращение кармельской горной гряды в неприступную крепость. Для этого предполагалось вооружить всех боеспособных мужчин (в том числе и живших на юге страны и специально перевезенных для этой цели на север), а женщин и детей отправить в сооружённые для этих целей убежища. Планировалось построить блиндажи и дзоты для отражения нападения, установить зенитные орудия против налётов вражеской авиации, создать склады боеприпасов, оружия и медикаментов, организовать широкую диверсионную деятельность в тылу врага. Разработка этого плана «Хаганой» проходила в обстановке полной секретности, даже от мандатных властей. Вскоре И. Ратнер был приглашён английским командованием в Каир для ознакомления с британским планом обороны Палестины на случай прорыва немецко-фашистских войск. Каково же было его удивление и гордость, когда он увидел, что этот план вплоть до мельчайших деталей повторяет его разработки… После разгрома армии Роммеля английскими войсками в Ливии и Египте в конце 1942г. необходимость осуществлении этой программы отпала, и Ратнер вновь возвращается в Технион.

    Однако уже через три года И. Ратнер снова привлекается к руководству «Хаганой». Ему поручают разработку действий, направленных на обеспечение безопасности новых поселений, а также способов отражения возможного нападения на молодое еврейское государство (а в том, что оно вскоре будет создано, мало кто уже тогда сомневался) армий соседних арабских стран (что тоже было понятно). После провозглашения независимости Израиля и создания Армии Обороны страны И. Ратнер становится руководителем отдела генерального штаба, ответственного за планирование действий армии в случае чрезвычайного положения.

    Ну а затем он получает новое назначение – военного атташе при израильском посольстве в Советском Союзе. Так произошло возвращение бывшего «бравого казака» полковника Красной Армии Евгения Ефимовича Ратнера на свою «доисторическую родину». Это было время, когда советское руководство вынашивало планы превращения молодого еврейского государства в форпост борьбы с империализмом в этом стратегически важном регионе земного шара. Поэтому израильских дипломатов встретили в Москве более чем доброжелательно. Сохранился текст телеграммы, отправленной Ратнером премьер-министру Д.Бен-Гуриону: "Сегодня я полтора часа беседовал с генералом армии Антоновым, заменяющим в настоящее время Василевского. Такого рода беседы – совершенно необычное дело для уровня военных атташе, меня просили ничего о ней не сообщать своим коллегам из других стран. Мы обсуждали следующие вопросы: подготовка нашего командного состава в Советском Союзе, поставка Израилю оружия из немецких трофеев, способы отправки – воздухом или морем. Вам необходимо в ближайшие дни сообщить, какие виды вооружений и в каком количестве нам требуются".  Увы, скоро эта «любовь» закончилась – Израиль не оправдал ожиданий кремлёвских властей. Но согласитесь – приведенный документ достаточно красноречив. Стоит также отметить, что во время пребывания И. Ратнера в СССР, ему показали составленное на него в соответствующих органах досье. «Видите, - сказали ему, - вы уехали от нас в звании полковника, и возвратились в том же качестве к нам. Вот если бы не уезжали…». « Да, - подумал Евгений  Ратнер, - если бы я остался, наверняка разделил бы участь Якира и Гамарника». Но эти слова вслух бывший царский офицер не произнёс…

    А через два года И. Ратнер возвращается в Хайфу, и все последующие годы своей жизни (он скончался в январе 1965г) отдаёт работе в главном техническом вузе страны – Технионе. Учитывая многочисленные заслуги Иоханана Ратнера перед Хайфой, его именем названа улица в районе Израэлия.

Работы И. Ратнера, которые можно увидеть сегодня в г. Хайфа:

1. Здание Гистадрута – ул. э-Халуц,43 - 1926.

2. Дом доктора Кагана – жилой дом по ул. Герцль, 26 – 1928-29.

3. Поликлиника «Ноф Адар» на ул. Сиркин (совместно с А. Бервальдом) – 1929-32.

4. Жилой дом на ул. Йосеф, 3 – 1928-29.

5. «Бейт а-халуцот» («Дом пионерок») на ул. Ялаг, 3 – 1930.

6.  Гараж управления полиции – пр. Хативат Голани – 1930.

7. Особняк семьи Ратнер - ул. Яфе Ноф, 123.- 1934-35.

8. «Бейт Бентвич» («Особняк Бентвича») на пр. Мориа, 12 – 1935.

9. Лаборатория гидролизных исследований - во дворе «старого» Техниона – 1930.

10. Иешива «Тиферет Исраель» - угол улиц а-Поэль и Геула – 1936.

11. Здание школы БУСМАТ (бывшая «морская школа») рядом со «старым» Технионом на Адаре – 1937.

12. Достройка этажа Англо-Палестинского банка по ул. Натанзон  (1940) и пристройка к нему (совместно с проф. А. Шимшони) – 1955.

13. Поликлиника на ул. Геула,8 – 1947.

14. Школа «Хугим» в районе Центральный Кармель – 1949-50.

15. Факультет аэронавтики на территории нового кампуса Техниона в районе Наве-Шаанан – 1951-54.

16. Конференц-зал в «Бейт Бирам» на пр. Аба Хуши – 1961

17. Аудитория в отделении школы «Реали» на Ахузе – 1962-6.

Приглашаем каждый день на разнообразные экскурсиии по Израилю. ПОДРОБНОСТИ

Главная страница Мы в Фэйсбуке Экскурсии по Израилю Хайфа отдыхает Рассылка



 
Просмотров: 1090 | Добавил: Avner | Теги: новости хайфы, история хайфы, юрий полторак, haifaru.co.il, Хайфа | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
avatar